

Линь Цзе сжимал в руке сломанный клинок, поставив на кон всё, чтобы проложить кровавый путь на арене «Эпохи». Когда он уже почти достиг вершины, судьба оскалила свои хищные клыки — Великая Стена в сто ли на глазах у миллионов зрителей открыто сжульничала, и победа в финале была нечестной. Юноша, чьи глаза налились кровью, а сердце захлестнуло отчаяние, испустил дух в бездне ненависти. Когда сознание вернулось к нему пятью годами ранее, разбитые воспоминания и неостывшая злоба застыли в клятве, твёрдой как холодное железо: на этот раз он обязательно покорит вершину «Эпохи»